"Дума про жизнь" (Э.Г. Багрицкий (1895 - 1934))

Увы, мой друг, бегут так быстро годы!

Мы жизнью не насытились вполне...

Багрицкий Эдуард Георгиевич - талантливый русский поэт, переводчик, драматург - одна из самый ярких личностей одесской литературы. 

Творчество Багрицкого, отмеченное романтическим пафосом, эмоциональностью, многокрасочностью, оказало влияние на целую плеяду поэтов. «Мне ужасно нравился в молодости Багрицкий», - признавался Иосиф Бродский, включивший его в список самых близких поэтов.

Романтические яркие стихи Багрицкого до сих пор звучат в песнях. Книги его переиздаются. Творчество поэта вызывает споры и в начале XXI-го столетия.

Родители мечтали, чтобы Эдуард получил престижную профессию врача или инженера. Он же, с детства обладая мировосприятием художника-романтика, всячески этому противился.

С 1915 года под псевдонимом «Эдуард Багрицкий», «Деси» и женской маской «Нина Воскресенская» он печатался в одесских литературных альманахах молодых писателей «Авто в облаках», «Серебряные трубы», «Шелковые фонари», в коллективном сборнике «Чудо в пустыне», в газете «Южная мысль», находясь под сильным влиянием И. Северянина и особенно Н. Гумилева. 

Стихи Багрицкого о «завоевателях дорог» и «веселых нищих»  отличались образной яркостью, свежей интонацией, нетривиальной ритмикой.

...Фарфоровый фонарь - прозрачная луна,

В розетке синих туч мерцает утомленно,

Узорчат лунный блеск на синеве затона,

О полусгнивший мол бесшумно бьет волна…

 

У старой пристани, где глуше пьяниц крик,

Где реже синий дым табачного угара,

Безумный старый бриг Летучего Корсара

Раскрашенными флагами поник.

                     («Конец Летучего Голландца», отрывок. 1915)

Вскоре Эдуард Георгиевич стал одной из самых заметных фигур в группе молодых одесских литераторов. Историк отечественной литературы, Наталия Николаевна Кякшто, отмечала: «Некоторым исследователям творчества Багрицкого казалось, что его дореволюционная поэзия была чисто подражательной.  Это не совсем так, ибо Багрицкий постоянно искал свою интонацию, темы, образы».

Его друг, писатель Исаак Бабель, погибший в сталинских лагерях, писал о нем как о «фламандце», да еще «плотояднейшем из фламандцев», а также, что в светлом будущем все будут «состоять из одесситов, умных, верных и веселых, похожих на Багрицкого».

Игорь Волгин, российский писатель, историк и поэт, так характеризовал Эдуарда Георгиевича: «Поэзия была единственной формой его существования. Ибо, чем бы он не занимался и как бы ни старался реализовать себя в каком-то ином «внестихотворном» качестве, все это в конечном счете оказывалось проявлением той не поддающейся определению силы, которая, захватив однажды, уже не отпускала его никогда. Поэзия стала не только внутренним смыслом, но и абсолютным способом его бытия: она обрекла его сделаться таким, каков он был».

Еще новинки: