- 2173 просмотра
Все мы родом из детства. Именно первые годы формируют характер и мировоззрение, что предстоит потом пронести по жизни, обрастая, как корабль ракушками, новыми привычками и отношениями. Судьбы больших русских писателей исключением не являются. Удивительное сходство наблюдается у двух из самых ярких сибирских авторов – Виктора Астафьева и Валентина Распутина. Хоть и разделяет их даты рождения более десяти лет разницы, уготовано им было появиться на свет не в палатах каменных, познать с малолетства потерю близких, недоедать, - но не зарасти душевной коростой, а продолжать постоянно учиться, несмотря на все трудности того сурового времени. Видимо, не зря говорят в народе – «Сытое брюхо к учению глухо», - и во многом именно преодоление всех невзгод и помогло в дальнейшем создании литературных произведений, что теперь являются золотым фондом русской словесности.
Один за одним укладывались «брёвна» детских впечатлений Виктора Астафьева в сруб, чтобы потом выросли из них «Царь-рыба», «Пастух и пастушка», «Прокляты и убиты», «Последний поклон» - произведения, не потерявшие со временем в художественной правде. Одна из глав «Поклона», рассказ «Фотография, на которой меня нет», была предметом обсуждения с восьмиклассниками, накануне с ним ознакомившимися. История одного старого группового фото школьников начала тридцатых годов прошлого века, поры детства писателя, на которой он, по легкомыслию, не смог запечатлеться. Нужно знать, что значил приезд фотографа в далёкую деревню в то время, чтобы ощутить величину потери для мальчишки. Фотографию он всё-таки получил, но увы, на ней не было его и лучшего друга, но была проявленная память, которую автор хранил как самое ценное. Она сама могла бы заменить собой целую повесть: пожелтевшая, с помятыми от времени уголками, - для стороннего наблюдателя часть истории, а для писателя – целый пласт жизни.
Самое время достать старые семейные альбомы, вдумчиво их перелистать и вместе с фотографиями близких людей и памятных событий прожить ещё одну жизнь.